<

лента новостей (последние 99 публикаций):

Экзамен. Записки влюбленного выпускника

Февраль 4, 2016 @ 0 комментариев
Экзамен. Записки влюбленного выпускника

   Я был молод, влюблен и мечтал стать писателем. Жизнь пошла другим путем, но первые литературные опыты оставили свои материальные следы, во многом простые и наивные. Но они мне дороги, как память о прошедшей юности… В истории, которую сейчас хочется предложить, нет почти ничего придуманного. Что-то случалось со мной, что-то с моими друзьями, а что-то взято из жизни едва знакомых мне людей…

   Герой книги — романтический молодой человек, только-только окончивший среднюю школу и столкнувшийся с первыми «взрослыми» проблемами — болезнью близкого человека, любовью к девушке, сложными отношениями с друзьями. Он мечтает стать художником, а вынужден идти на завод, зарабатывать на хлеб. Мечтает о чистых отношениях, а сталкивается с суровыми реалиями жизни. 
Значительную часть книги можно прочитать на сайте (https://ridero.ru/books/ekzamen/ ). Если понравится, можно скачать ее полную электронную версию, можно заказать книгу в «бумажном» виде. 

Экзамен

Записки влюбленного выпускника

   Читайте начало, части:  1,    2,    3,    4,    5,    6.

— 7 —

   Приближалась зима. Это было заметно на всем – дни становились короче, деревья сиротливо тянули к небу голые ветви, по утрам холод обжигал руки. И только днём солнце пробивалось сквозь серую пелену облаков, и тогда яркие веселые лучики заливали стылую землю. Иногда с утра до вечера моросил унылый осенний дождик. Косые струи дождя однообразно били и били в окно, и, казалось, что им не будет конца. В такие дни Саше особенно не хотелось идти на завод — но что делать? — он медленно одевался и уныло плёлся на автобусную остановку.

   Саша не любил ночные смены — люди возвращались с работы, собирались в кино и театры, а ему предстояло весь вечер провести на заводе. До обеденного перерыва он стоял, смотрел, как работает Сергей или от безделья слонялся по цеху, а потом незаметно «смывался» домой. «И как только люди работают здесь, на заводе, годами, с тоски умереть можно»,- удивлённо думал Одинцов.

   Но дома тоже делать было нечего, его ждала там лишь опустевшая комната. Часами Саша лежал на диване, думал, думал, думал…

   Иногда, будто очнувшись ото сна, он вскакивал, подходил к мольберту и, взяв в руки кисть, осторожно клал несколько мазков. Но вновь ничего не получалось, работа не шла. Саша с отчаянием швырял кисть и опять тоскливо бросался на диван.

   И только раз, ближе к обеду, Саша торопливо одевался и выходил к подъезду. В это время проходила почтальонка, весёлая, курносая девушка, и разносила письма. Саша             ждал вестей от матери, но мама написала только один раз, ещё до операции. Её письмо Саша помнил почти наизусть — мама писала, что у нее всё хорошо и чтобы он не беспокоился о ней, тревожилась о том, как он живёт без неё, совсем один, кушает ли. Она уже знала, что Саша решил стать токарем на автозаводе. «Из твоего письма я узнала, что ты работаешь на заводе,- встревожено писала она.- Правильно ли ты поступил, сынок, не ошибся ли? Ведь ты так хотел стать художником».

   Каждая строчка её письма дышала тревогой за сына.

   Милая мама, мамочка, родная моя! Никогда Саша не говорил матери таких слов и, наверное, только теперь, вдали от неё, понял, как дорога она ему, как нужна.

   Когда ему становилось особенно грустно, он вытаскивал из кармана письмо матери и, вновь, в который раз, перечитывал его. Оно не успокаивало его, нет, Саша беспокоился за маму еще больше, но после этих строк, согретых её дыханием, после этих неровных букв, написанных её дрожащей рукой, у него на душе становилось тепле.

   Это было её единственное письмо. Напрасно Саша томился весь день и выскакивал навстречу почтальонке. Девушка, разносящая письма, уже знала его и, встречая вопросительный взгляд, улыбалась: «А вам пишут!».

   Вот и сегодня Саша с надеждой ждал почтальонку.

   Сильный порывистый ветер упрямо вбивал в асфальт тугие струи дождя. Свинцовые тучи низко нависли над землёй, и казалось, что наступил вечер — так было темно. Редкие прохожие, торопливо пробегающие мимо, с удивлением смотрели из-под зонтиков на Сашу, одиноко застывшего у подъезда.

   Он, было, уже решал, что почтальонка совсем не придет, но дождь вскоре перестал, и девушка-письмоносец неожиданно появилась перед ним, мокрая, взлохмаченная, но как всегда весёлая, стремительная. Она как знакомому кивнула Саше головой. Он устремился ей навстречу.

   — А ваша девушка всё ещё пишет вам,- рассмеялась девчонка-почтальон и быстро пронеслась мимо, скрылась в подъезде.

   Саша хотел догнать её, спросить – может, она пропустила, не заметила письмо от мамы, но в это время его остановил Толя, незаметно подошедший откуда-то сбоку.

   — Привет, художник!- восторженно воскликнул он,- как дела?

   — На ять,- хмуро пошутил Сала, а сам только огорчённо махнул рукой.

   Говоров хотел присесть на  скамейку, но проведя ладонью по мокрым доскам, передумал, повернулся к Саше и, засунув руки в карманы, медленно прошелся перед ним взад-вперед, довольно улыбнулся:

   — Ну как тебе мои новые джинсы? Дружок сказал – французские. ФирмА,- он сделал ударение на последний слог.

   — ФирмА,- повторил за ним Саша, лишь для того, чтобы доставить удовольствие другу.- А как же те, американские, которые ты показывал в прошлый раз?

   — Я их одному чуваку загнал за две цены,- рассмеялся Толя. И он принялся рассказывать длинную историю о том, как он выгодно «загнал» свои старые джинсы.

   Саша почти не слушал его, он напряжённо думал, почему же от мамы так долго нет писем. Судя по времени, ей уже давно должны были сделать операцию. Может, что-то случилось? Нет, только не это! Этого не может быть! Надо бы самому съездить к матери, но разве мастер отпустит с работы…

   Хлопнула дверь подъезда, стремительно промчалась почтальонка, ещё раз весело кивнув Саше.

   — Кто такая? — загорелся Толя, прерывая свой рассказ и провожая восхищённым взглядом стройную фигуру девушки.

   — Наш почтальон,- буркнул Саша.

   — Вот бы познакомиться,- протянул Говоров и льстиво обратился к Саше:

   — Не познакомишь, а?

   Тот отмахнулся:

   — Да ну тебя,- ему почему-то было неприятно, когда Толя вот так, усмехаясь, говорит и смотри каким-то жадным взглядом вслед этой девушке — хотя Саша в общем-то снисходительно относился к многочисленным романам друга, он знал, что все равно у Толи ничего серьезного не получится. Если девчонка умная, она сама сразу же раскусит его, «донжуановские»  черты быстро выдадут Толю.

   Говоров, улыбаясь, проводил взглядом фигуру девушки и влажно усмехнулся:

   — А что тут такого? Она мне нравится. Была у меня студентка, была телеграфистка, а теперь будет и почтальонка.

   — Так, у тебя же Вера?- сердито оборвал его Одинцов,- или Ира? А, может быть, Люба или Надя? Ты ведь на неделе их пять раз меняешь.

   — Ирой ее зовут, — довольно рассмеялся Толя. Умная, отличница – в десятом учится.

   Саша недоверчиво покачал головой. Вдруг Толя стукнул себя по лбу:

   — Как же я мог забыть? Ирка мне письмо прислала, и я все еще не ответил ей. Надо придумать ответ.

   — Пиши,- проговорил Саша, будто не понимая намека.

   Толя ближе подошел к Саше, обнял его, умоляюще заговорил:

   — Слушай. Помнишь, ты обещал помочь мне? Напишешь ответ, а? В первый и последний раз. Ну, пожалуйста! Прямо сейчас пойдем ко мне и напишем…

   — Ага. Напишем. Разбежался.

   Одинцов задумался, не хотелось потакать Толе. Но он обещал другу, а свои обещания Саша привык выполнять. Дома его ожидала пустая квартира, на улице начинал накрапывать противный дождик, и Саша кивнул Говорову:

   — Ладно, черт с тобой!

   Толя возликовал:

   — Вот спасибочки, век не забуду!

   Он жил неподалеку. Пока друзья шагали по пустынной улице, осторожно обходя лужи, Толя говорил и говорил, не переставая – о том, что он уже несколько раз писал Ире, и что она ответила ему, правда, всего лишь один раз, но ведь все равно ответила, говорил о том, что уже начал придумывать ответ. Но у него не получается так хорошо и красиво, как у Саши, когда он писал письма маме.

   — Ты читал мои письма?- удивленно и разгневанно спросил Саша.

   — Всего один разочек. И то нечаянно,- заюлил Толя.- Честное слово.

   Одинцов промолчал.

   Родители у Толи редко «гостили» дома, они чаще были на всяких симпозиумах, встречах. Уезжали за границу. Считалось, что за сыном присмотрит старенькая бабушка, живущая, правда, в другом районе города. Но так только считалось. На самом деле Толя один хозяйничал в квартире, у него часто гуляли компании, часто с вином.

   — Я уже самостоятельный, мне восемнадцать исполнилось,- сказал раздраженно Говоров, когда как-то раз Одинцов попытался остановить друга.

   Саша давно уже хотел поговорить с ним. Толя дочти не ходил в училище, у него появились деньги, он заводил подозрительные знакомства. Джинсы, заграничные футболки — на этом останавливался весь его мир. Но у Саши не хватало смелости твёрдо сказать другу: «стоп!». Боялся, Толя обидится на него за эти слова. Иногда Саша говорил сам себе: «Пусть обижается! Потом поймет, что был неправ, подумает и поймет». Саша хорошо знал его характер. Надо «перевоспитать» друга, пока не поздно. И каждый раз Саша натыкался на упрямый взгляд Толи и отступал.

   … Говоров прогремел ключами, и друзья очутились в прихожке. Из комнаты выкатился маленький пушистый комок, бросится под ноги Саши и звонко залаял.

   — Это она здоровается с нами,- сказал, улыбаясь, Саша. Он нагнулся. Взял собаку на руки и стал гладить против шести – Альфе почему-то нравилось, когда её так гладили. Она надувалась. Глаза ее становились шальными, блестели. Альфа вырывалась из рук, стремясь непременно лизнуть влажным языком в нос и щеки Саше.

   — Альфа, место! — крикнул Толя, и собака, испуганно вырвавшись из рук Саши, забилась в угол. Напрасно Саша подзывал её, окрик хозяина действовал сильнее, чем желание подойти. Альфа лишь слабо скулила и помахивала хвостом, с боязнью посматривая на Толю.

   Говоров довольно улыбнулся:

   — Учись! Моя дрессировка!

   — Молодец!- сказал Саша так, что Толя, опомнившись, сразу же поправился:

   — Ладно, приступим к делу. Проходи в мою комнату, я сейчас…

   В комнате у Толи царил беспорядок, постель не убрана, на столе обрывки газет, альбомы, фотографии девушек, множество флакончиков из-под одеколона и туалетной воды, пара истрепанных книг-детективов. Саша поднял с пола одну из них. На обложке серый тип с пистолетом в руке отбивался от таких же типов-преследователей.

   — Возьми. Почитай, коли найдешь часа два свободного времени,- предложил Толя, входя в комнату.- Интересная книжонка – одни погони и убийства.

   Он поставил на стол вазу с яблоками, потом сходил на кухню, принес конфеты и чашку кофе.

   Наконец, терпение Саши иссякло:

   — Слушай, хватит бегать. Садись.

Толя торопливо присел в кресло, подвинул Саше яблоки и кофе.

   — Пей,- сказал он.- Может, вина будешь? А то у меня есть – фирменное, азербайджанское. Или грузинское, кто его знает – буквы какие-то непонятные. Мне сказали – кавказское вино.

   — Нет,- возразил Саша,- знаешь же, не пью я. И ты смотри – сопьешься.

   — Что я, Борька что ли?-  обиделся Толя.- Ты меня с ним не ровняй. Пить тоже надо умеючи. В меру.

   Саша ничего не сказал в ответ. Толя взглянул на него, затем молча встал, положил перед ним ручку, бумагу, конверты.

   — Вот посмотри, это письмо Ирки.

   — А может, не надо?- вскинул голову Саша.- Читать чужие письма…

   Но Толя уже  сунул конверт прямо ему в руки, и Одинцов колебался недолго, любопытство взяло верх. Саша аккуратно развернул единственный листок. Маленькие, совсем крохотные кругленькие буковки, будто бусинки нанизывались на ровные строчки. «Ирина – отличница»,- с улыбкой вспомнил Саша Толины слова.

   Говоров, к его удивлению, говорил правду, что он на самом деле был только едва знаком с Ирой – это было видно из письма. Оставалось удивляться, как это Толя, искушенный в любовных делах, опростоволосился – втюрился в эту девчонку. И она, как чувствовалось, была довольно интересным человеком.

   — Красиво написано! — протянул Саша.

   — Неуж-то! — Толя довольно улыбнулся. — Я же говорил тебе, что Ирка — отличница.

   Одинцов усмехнулся.

   — Да я не о почерке…

   — То есть?..

   Саша ничего не ответил, молча, дочитал письмо.

   — Странно,- сказал он наконец, отложив конверт в сторону.

   — Что тут странного? — Говоров с недоумением вглядывался в лицо друга.

   — Странно, как это она смогла влюбиться в тебя. Что же, бывает и так. Но все-таки, хотел бы я видеть ее!

   — Ты все прочитал?- торопливо спросил Толя.- А теперь посмотри вот это – я начал сочинять ответ.

   Он протянул Саше толстую тетрадь. Одинцов раскрыл первую страницу и стал читать вслух, спотыкаясь через каждую строчку, разбирая иероглифы Говорова:

   — Здравствуйте, дорогая Ирина! Во первых строках своего письма спешу сообщить вам, что я жив, здоров, чего и вам желаю. Погода у нас плохая, каждый день идет дождь. А какая у вас погода?..

   У Саши не хватило терпения читать дальше, хотя Толя настрочил почти целую тетрадь, и он не вытерпел, рассмеялся:

   — Ну ты даешь! Пишешь своей девчонке такие слова. Здоровье, погода, дождик. Напиши еще, что ощенилась твоя Альфа…

   Толя недовольно насупился. Саша подошел к нему, примиряясь, тронул его за плечо.

   — Сам подумай, чудак-человек. Ты же пишешь письмо девчонке, девушке! Ты должен показать ей, что любишь ее, что жить без нее не можешь! А ты – погода, дождь, Альфа…

   — Об Альфе я не писал,- горячо воскликнул Толя.

   — Не в этом суть,- хладнокровно ответил Одинцов.- Ты напиши, что она – твоя единственная. Что она самая красивая, самая нежная на свете, что жить без нее не можешь, что уже находиться рядом с ней – счастье. А ты… Я не знаю. Может быть, я и не прав, тебе лучше знать. Но для меня любая незнакомая девушка прежде всего Девушка, с большой буквы.

  — Так уж и любая,- пробурчал Говоров. Такую девчонку, как ты рассказываешь, сейчас не найти. Это только в кино показывают да в книжках пишут. Нет, сейчас такую не встретить,- убежденно повторил он.

   — Ты не прав,- ответил ему Саша,- может быть, тебе просто встречались плохие девчонки?

   — Ну, да,- упрямо возразил Толя,- я их мильон видел, разных-разных. С виду они все скромные, нежные, как ты ни скажешь, ангелы, а не люди. А как узнаешь ближе… Девушку с большой буквы? Наверное, ты говоришь так только потому, что не знаешь близко девок,- расползлись губы Говорова в масляной улыбке.

   Одинцов удержал себя.

   — Знаешь что? Ты…

   — Ну что? Неужели нет ни одной на примете? – ждал Говоров.

   Саше показались обидными слова Толи. Он вспомнил встречу с прекрасной незнакомкой в заводской библиотеке, ее стройные ноги, тонкие руки, яркие губы, запах духов, дурманящих голову.

   Говоров с усмешкой взглянул на задумавшегося друга, подмигнул ему.

   — Ага, понятненько – влюбился.

   Саша вспылил.

   — Держи свое письмо,- рассерженно сказал он.- И пиши своей королеве сам.

   — Санек,- взмолился Толя,- не виноват я, виноват. Верю, что она прекрасная девчонка, что она самая красивая на свете…

   — Ну, что с тобой поделаешь,- рассмеялся Саша, сменив гнев на милость.- Ладно, давай ручку, так уж и быть. Но учти, пишу этой Ирине или как ее там в первый и последний раз.

===============================

  Читайте продолжение, части:   8,    9,    10,    11,    12,    13,    14,    15,    16,    17,    18,    19,    20,    21,    22,    23,    24,    25,    26,    27,    28,    29,   30,   31,   32,   33.

Понравилась статья? Подпишитесь на регулярные обновления сайта — и новые публикации будут приходить прямо на ваш электронный почтовый ящик. Введите ваш e-mai и нажмите на кнопку «Подписаться!:

А что вы думаете об этом, пишите, советуйте, спрашивайте (leave a reply):

© 2017 shikur.ru.
Рейтинг@Mail.ru